Материал на страницах «МГ» о Дмитрии ГОЛГОВСКОМ мог появиться уже давно, ведь талантливого жителя нашего города, мастера по художественной обработке дерева многие встречали на любимом Национальном фестивале белорусской песни и поэзии «Маладзечна», во время проведения праздничных гуляний в Вязынке и Ракутевщине. А я имела честь поработать с Дмитрием Викторовичем на Дне белорусской письменности в Лиде в прошлом году. Но, как известно, всему свое время. И оно наступило.

На прошлой неделе на основании постановления Министерства культуры Республики Беларусь Дмитрию Голговскому присвоен почетный статус народного мастера народных художественных ремесел.

Эта статья о непростом пути становления самобытного ремесленника, полном поворотов, источниках вдохновения и поддержки, а также о том, что израненными у мастеров по дереву бывают не только пальцы, но и душа.

В истории жизни моего собеседника нет красивого поэтического предания о том, что из поколения в поколение от прадедов к дедам передавались дар и умение работать с деревом. Дмитрий родился и вырос в Молодечно, окончил первую школу, поступил в Молодечненский политехникум на специальность, никак не связанную с деревообработкой и даже творчеством, – радиоаппаратостроение.

– Никакого прорыва и открытия в этой области не совершил, хоть и учился хорошо, – шутит герой.

После прохождения школы становления личности в армии в 2000 году устроился на совместное предприятие «ММЦ» ООО, подтвердив еще раз философскую мудрость о том, что нет ничего более постоянного, чем временное. Семейную жизнь и получение в наследство дома дедушки Виктора Викентьевича (в частном секторе около бывшего магазина «Звездочка») можно считать началом пути мастера. Кстати, в этом доме проводил летние каникулы мальчик Дима, смотрел, как дед строгал предметы быта: топорища, окосья. Это были необходимые в ведении хозяйства простые, без творческих изысков и художественной резьбы орудия труда.

Параллельно с восстановлением дома росла и разгоралась мечта Дмитрия – одну комнату сделать в деревенском стиле, обставив мебелью в стиле лофт. В реализации желания, а быть может, и в дальнейшем успехе героя материала большую роль сыграла супруга Галина. Она отдала, казалось бы, святая святых почти каждой хранительницы очага – просторную столовую, квадратные метры которой позволяли разгуляться задумкам Дмитрия.

– Идея воплотилась полностью во всём: интерьере и экстерьере. Нашлось место и массивным стульям с орлами, стилизованным абажурам и посуде. Результат порадовал мою Галю, но не меня. Не хватило именно творчества, прекрасного, – говорит мужчина.

И поиск продолжился. Стоит сказать, что у Дмитрия нет никакого творческого образования, он даже не владеет карандашом, но обладает каким-то особым видением предмета сразу в объеме. Начался этап самообразования. В нём помогли настойчивость, целеустремленность и желание мастеров Беларуси, обладающих огромным опытом и знаниями, делиться ими.
– Профессионалов, работающих с деревом, в Беларуси немного. И, как правило, это очень возрастные люди. Встречи с ними на пленэрах, выставках и конкурсах – это способность учиться у них.

Интересуюсь, нет ли в этой творческой среде места жесткой конкуренции, в которой каждый стремится скрыть свои навыки и умения и ни в коем случае не делиться ими.

– Конкуренция была, есть и будет! – эмоционально отвечает Дмитрий, но очень философски продолжает мысль: – Но когда мастер поднимается до высокого уровня, появляется необходимость делиться умениями. Понимаете, как бы я ни хотел полностью впитать весь талант и мастерство другого профессионала, я не смогу перенять его почерк. Это тот отличительный знак, за который и ценятся работы. Сейчас я, открыв любую соцсеть и увидев работу, смогу точно назвать автора, потому что его рука отчетливо определяется. Точно так же нельзя и навязать, заставить заниматься тем или иным ремеслом. На примере своей семьи расскажу. Моя старшая дочь Полина оканчивает Белорусский государственный технологический университет, станет конструктором-дизайнером мебели, но в мастерской со мной она не просиживала часами. Сын-десятиклассник Максим иногда выезжает на мероприятия, участвует в моих мастер-классах, но не горит этим. Признаюсь, для него (буду надеяться, пока) материальная сторона работы важнее: «Я сделаю менажницу – а когда смогу получить доход?» Поэтому воспитываем с женой детей с установкой на то, чтобы они стали хорошими специалистами в той области, которую выберут.

Пролистывая портфолио работ Дмитрия, замечаю на многих фотографиях ту самую мудрую Галину. Жена сопровождает часто на мероприятиях, для создания единого образа у них пошиты национальные костюмы. Словно улавливая мою мысль, собеседник сам начинает рассказ.

– Моя Галина – главный стимул и поддержка. Она никогда не корила за купленные (недешевые) пятую болгарку и шестую бензопилу! Но что для меня особенно ценно и дорого: жена не только мой одобритель, но и критик. Это важно, потому что когда утрачивается свежесть восприятия своих работ, надо услышать: «Ты знаешь, это не так. Это не ты».

Поделился Дмитрий и тем, что именно Галина спасла многие работы от уничтожения.

– Случалось, бросал в дрова детали работ. А Галина, по-женски основательно и серьезно подходя ко всему, возвращала мне их, советовала обратить свое внимание вновь. И из них получался толк.

Сейчас география скульптур Дмитрия Голговского простирается на далекие расстояния. Одна молодая пара захотела приобрести работу, когда собеседник был с мастер-классом в столичном парке Победы. Массивную скульптуру из ясеня попросили донести до туристического автобуса, который проследовал в Таллин. Украшают творения рук Дмитрия и агроусадьбы по всей Беларуси, а также России, есть даже в Польше и Германии. Кстати, иностранцев очень привлекает фольклорная тематика. А Дмитрий, чтобы быть в теме, перечитывает сказки и пересматривает мультфильмы.

Ахая и охая от восхищения от фотографий скульптур Цмока из белорусской сказки, дяди Мити и бабы Шуры из киноклассики «Любовь и голуби» и балагура Васьки из «Белых рос», играющего на баяне в гнезде аиста, робко замечаю, что жалко эту красоту на улице оставлять…

– Это самый частый страх моих покупателей. Был такой случай: коллега заказала птичек во двор, потом снова повторила заказ. Я подумал, что с ними что-то произошло, а ответ поразил: женщина попросила сделать некрасивых, чтобы поставить на улицу, ведь эти заняли свое почетное место в доме. Я всегда говорю, что мои работы должны служить человеку. Из посуды надо кушать и готовить в ней, скульптурами наслаждаться. Я делаю всё, чтобы они прослужили долго. Посуду обрабатываю льняным или минеральным маслом, скульптуры колерую, наношу антисептик, если они будут находиться в помещении, а пропитку – если на улице. А вообще, дерево – особый материал. Например, осина со временем набирает прочность и твердость, поэтому ложки, кстати, первая работа каждого, кто начинает работать с материалом, всегда делаю из нее.

– Вы сказали, что узнаете руку мастера по изделию, а часто ли ваш стиль определяют?

– Во-первых, каждый творец оставляет свой, скажем так, автограф. Во-вторых, повторюсь, нас немного. Но звонят часто, «напоминают» геолокацию того или иного объекта, – поделился герой моего материала.

Рассказал он и о том, что самой масштабной работой станет входная группа на границе Вилейского и Мядельского районов со множеством лесных жителей, которые будут встречать гостей и желать им счастливого пути.

Ни для кого не секрет, что работа мастера по дереву сопряжена с травмами: острый инструмент используется под большим углом, твердые породы. Не стоит забывать и об усталости. Но к концу нашей доверительной беседы разрешаю себе задать вопрос о том, что волнует Дмитрия. Не менее открыто он отвечает:

– Непросто выставлять цену своему творению. А слышать недовольства о ее необоснованной высоте неприятно. К слову, маленькая работа всегда стоит дороже. А обыватель думает, что я сделал ее на коленке за пару минут и решил нажиться. Психологически тяжело даются и мастер-классы. Я это сравниваю с соревнованиями спортсменов, которым под светом софитов и сотен глаз, не всегда добрых, надо поставить рекорд. Но такие «выступления» дают колоссальный опыт, я всегда принимаю приглашения поучаствовать в них, а сейчас, получив статус народного мастера и понимая, что не имею права опустить руки с инструментом, должен работать еще больше.

Поделился Дмитрий и задумками о той работе, которая должна появиться к Году белорусской женщины. А сегодня, 14 февраля, когда мой собеседник отмечает день рождения, я желаю его рукам силы и ловкости, душе – вдохновения, красоты и новых проектов, благодаря которым дерево оживает, обретая не только форму, но и душу.

Людмила НЕХВЯДОВИЧ
Фото: архив Дмитрия ГОЛГОВСКОГО